Судопроизводство в суде евразийского экономического союза

Главное по теме: "Судопроизводство в суде евразийского экономического союза" с точки зрения профессионалов. По всем возникшим вопросам просьба обращаться к дежурному юристу.

Что следует доказывать хозяйствующим субъектам в Суде ЕАЭС?

Wavebreakmedia / Depositphotos.com

В соответствии со ст. 19 Договора о Евразийском экономическом союзе (далее – Договор) на постоянной основе функционирует Суд ЕАЭС (далее также – Суд). По заявлениям юрлиц и ИП Суд уполномочен рассматривать споры:

  • о соответствии Договору и (или) международным договорам в рамках Союза решений Евразийской экономической комиссии (далее – ЕЭК, Комиссия) или их отдельных положений, непосредственно затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, если такие решения (их отдельные положения) повлекли нарушение предоставленных Договором и (или) международными соглашениями в рамках Союза прав и законных интересов заявителя;
  • об оспаривании непосредственно затрагивающих права и законные интересы хозяйствующего субъекта действий (бездействия) ЕЭК, если они повлекли нарушение прав и законных интересов заявителя, предоставленных Договором и (или) иными международными договорами в рамках ЕАЭС (подп. 2 п. 39 Статута Суда ЕАЭС).

Часто хозяйствующие субъекты оказываются не способными выиграть дело из-за того, что не понимают специфики процесса. На это обратила внимание судья Суда ЕАЭС, профессор, заслуженный юрист РФ, заведующая кафедрой международного права Российского государственного университета правосудия, д. ю. н. Татьяна Нешатаева на практической конференции «Таможенные споры», организованной агентством MBS. В Суде хозяйствующие субъекты начинают настойчиво доказывать с опорой на факты, какой ущерб был им нанесен в результате принятия решения или действия (бездействия) ЕЭК, хотя, по выражению Татьяны Нешатаевой, это вторично. Задачей Суда ЕАЭС по сути является контроль за актами и действиями ЕЭК. «Суд такого рода, какой создан в Минске – это суд по типу конституционного, только для экономики пяти стран», – считает судья.

Аналитическая система «Сутяжник» поможет узнать, какие обстоятельства являются решающими для судов в конкретном виде споров. Вы сможете понять, как нужно скорректировать исковое заявление или претензию, чтобы увеличить вероятность принятия решения в вашу пользу.

В последнем решении Суда ЕАЭС от 7 марта 2019 года Суд, как отметила профессор, не смог признать норму решения ЕЭК не соответствующей Договору и (или) иными международными договорами в рамках ЕАЭС именно из-за того, что юрлицо-заявитель не доказало дефективность нормы решения Комиссии. Акционерное общество обратилось в Суд с заявлением о признании Решения Коллегии Комиссии от 3 октября 2017 года № 132 «О классификации комплектующих для одноразовых шприц-ручек, применяемых для подкожного введения инсулина, в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза» не соответствующим Договору и международным соглашениям в рамках ЕАЭС. Ключевая проблема в деле заключалась в том, что, по мнению заявителя, решение Комиссии создает правовую неопределенность, так как позволяет классифицировать шприц-ручки с инсулином по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности ЕАЭС и как шприцы, и как лекарственные средства. При этом ставка ввозной таможенной пошлины в отношении шприцов для введения инсулина составляет 5%, а в отношении лекарственных средств, содержащих инсулин, в виде дозированных лекарственных форм – 0% (товарные позиции 9018 31 100 9 и 3004 31 000 0, соответственно).

[1]

Апелляционная палата Суда ЕАЭС в решении по делу (к которому, кстати, написано три особых мнения) отметила, что вопрос правильности классификации для таможенных целей конкретного товара выходит за пределы предмета спора. Дискреция Суда не позволяет самостоятельно осуществлять классификацию товаров. При этом Суд указал, что оспариваемое решение ЕЭК было принято Комиссией в рамках ее полномочий (решение Апелляционной палаты Суда ЕАЭС от 7 марта 2019 г.).

Хотя компания проиграла дело, важно то, что в решении Коллегии Суда ЕЭАС по нему обозначена позиция по вопросу доказывания. Суд указал, что нарушение прав и законных интересов хозяйствующего субъекта может повлечь только не соответствующее праву Союза решение Комиссии. А в связи с этим проверке факта нарушения прав и законных интересов заявителя должна предшествовать проверка оспариваемого решения ЕЭК на предмет его соответствия Договору и (или) международным договорам в рамках ЕАЭС (решение Коллегии Суда ЕАЭС от 21 декабря 2018 г.).

Напомним, что порядок рассмотрения дел о разрешении споров в Суде определяется Регламентом Суда (п. 52 Статута Суда ЕАЭС). А согласно п. 1 ст. 45 Регламента Суда ЕАЭС Суд при рассмотрении дела по заявлению хозяйствующего субъекта об оспаривании решения или действия (бездействия) ЕЭК в судебном заседании осуществляет проверку полномочий Комиссии на принятие оспариваемого решения (действия, бездействия), факта нарушения прав и законных интересов заявителя, а также самого оспариваемого решения (действия, бездействия) на соответствие Договору и (или) иным соглашениям в рамках ЕАЭС. Кроме того, нужно учитывать, что Суд не вправе отменять решения ЕЭК. По итогам рассмотрения дела Суд ЕАЭС признает решения (действия, бездействие) Комиссии либо соответствующими Договору и иным соглашениям в рамках Союза либо не соответствующими (п. 102, п. 108-109 Статута Суда ЕАЭС).

Татьяна Нешатаева подчеркнула также, говоря об обозначенном выше деле, что доказывать дефективность решения Комиссии можно было бы в том числе через обоснование недопустимости принятия такого нормативного правового акта, который касается конкретного лица и ситуации. Ведь одним из признаков НПА является распространение действия на неопределенный круг лиц. Судья обратила внимание на то, что заявитель выиграл все судебные споры по вопросу классификации товара в арбитражных судах Российской Федерации. «Но Суд ЕАЭС – это не арбитражный суд, а суд нормы», – отметила профессор.

Правовой статус суда Евразийского экономического союза

Дата публикации: 18.05.2018 2018-05-18

Статья просмотрена: 472 раза

Библиографическое описание:

Эргемлидзе Н. Г. Правовой статус суда Евразийского экономического союза // Молодой ученый. — 2018. — №20. — С. 347-349. — URL https://moluch.ru/archive/206/50503/ (дата обращения: 09.12.2019).

В статье рассматривается правовой статус Суда Евразийского экономического союза в качестве одного из наиболее авторитетных и эффективных органов правосудия в системе наднационального права стран СНГ.

Ключевые слова: Евразийский экономический союз, Евразийская интеграция, Суд ЕАЭС, СНГ, правовой статус, международная интеграция, международное право.

Суд Евразийского экономического союза — это международный орган правосудия, действующий на постсоветском пространстве в качестве одного из институтов Евразийского экономического союза. Создание этого Суда ознаменовало сближение государств-участников в разрешении споров, развитие методов регулирования правоотношений между ними. Суд ЕАЭС — единственный орган этой структуры, который выполняет роль судебного органа в рамках наднационального правосудия. Это объясняется тем, что процесс интеграции не стоит на месте, государства находят различные «точки соприкосновения» и новые пути взаимодействия, появляются новые цели, задачи, соглашения и договоры.

Читайте так же:  Приватизация придомовой территории малоэтажных многоквартирных домов

Правовой статус Суда, его компетенция, полномочия и состав закреплены в Договоре о Евразийском экономическом союзе, Статуте Суда Евразийского экономического союза (приложение № 2 к Договору о ЕАЭС), а так же в Регламенте Суда Евразийского экономического союза.

Компетенция Суда состоит в разрешении и рассмотрении споров, возникающих в процессе развития интеграционного объединения, а эффективность его работы — гарантия сохранения международного авторитета Суда и прочных взаимоотношений стран-участников Союза. Вместе с решениями и распоряжениями Высшего Евразийского экономического совета, Евразийского межправительственного совета и Евразийской экономической комиссии, акты Суда образуют вторичное право Союза. В компетенцию Суда входят споры, которые возникают по вопросам реализации международных договоров, соглашений, решений органов Союза. Компетенция Суда не распространяется на физических лиц, так как возможность обращаться в Суд в случае нарушения прав имеют только государства-участники и хозяйствующие субъекты. Этот факт можно рассматривать в качестве некоторого пробела, ведь создание возможности для физических лиц позволило бы расширить сферу воздействия Суда и обеспечить защиту прав и интересов физических лиц на наднациональном уровне, укрепить статус Суда ЕАЭС как высшего юридического органа на постсоветском пространстве.

Что касается судебных актов, то они играют важную роль в правовой системе Союза, которая стремится к синхронизации и углублению интеграции с международным правом [2]. Это закреплено так же и в п. 50 Статута Суда: Суд применяет международные договоры в рамках Союза и иные международные договоры, участниками которых являются государства-стороны спора; решения и распоряжения органов Союза, общепризнанные принципы и нормы международного права и международный обычай как доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы [6]. Судебные акты Суда ЕАЭС принимаются в форме: решения (по существу спора) и постановления (по процедурным вопросам). По заявлению государства-члена Суд может дать разъяснение положений Договора, международных договоров и решений — консультативное заключение, которое носит рекомендательный характер. Интересно то, что Суд не может обязать государство исполнить судебное решение в случае, если для него решение суда оценивается как нежелательное. Данный факт часть исследователей считает пробелом в Договоре, который требует пересмотра, особенно с учетом положительного опыта Суда Европейского союза.

Вопрос о правовом статусе Суда ЕАЭС является дискуссионным. Часть ученых считает, что Суд ЕАЭС является ярким примером передачи государствами-участниками их компетенции органам интеграционного объединения, что приводит к формированию обособленной наднациональной правовой системы. Другая часть исследователей полагает, что некорректно говорить о формировании обособленной наднациональной правовой системы в силу того, что отсутствуют какие-либо специальные признаки [3]. Таким образом, Суд ЕАЭС — орган международного правосудия, который осуществляет определенные функции. Стоит отметить, что подобные международные органы обеспечивают взаимодействие государств-участников и положительное развитие интеграционных процессов. Важно и то, что наднациональные органы не являются полностью обособленными, ведь государство передает не суверенитет, а лишь доверяет определенные полномочия. Это означает, что государство реализует регулятивные функции не только в рамках национального, но и наднационального права.

Принимая судебные акты, Суд ЕАЭС способен улучшить отношения между государствами-участниками Союза. Условия эффективной интеграции — создание единой правовой системы, обеспечение правопорядка между членами объединения — в первую очередь, задача судебных учреждений. К сожалению, на данный момент Суд ЕАЭС не может принимать преюдициальные заключения, что усложняет интеграционные процессы [6]. Таким образом, Суд ЕАЭС — необходимый и значимый элемент интеграционного процесса [7]. Стоит отметить, что на данный момент Суд не в полной мере реализовал прочие методы усиления интеграционных процессов. На мой взгляд, необходимо популяризовать практику деятельности Суда ЕАЭС, что позволит охватить большее количество экономических субъектов государств-членов. Это даст им возможность обратиться к данному судебному механизму в случае возникновения споров и нарушения прав.

Проблемы разрешения споров Судом Евразийского экономического союза

Рубрика: 20. Международное право

Дата публикации: 06.02.2016

Статья просмотрена: 950 раз

Библиографическое описание:

Курмангалиев Р. А. Проблемы разрешения споров Судом Евразийского экономического союза [Текст] // Право: современные тенденции: материалы III Междунар. науч. конф. (г. Краснодар, февраль 2016 г.). — Краснодар: Новация, 2016. — С. 152-154. — URL https://moluch.ru/conf/law/archive/180/9678/ (дата обращения: 09.12.2019).

Евразийский экономический союз — это международная организация региональной экономической интеграции, обладающая международной правосубъектностью, создаваемая в соответствии с целями и принципами Устава ООН, а также другими общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе правилами Всемирной торговой организации. «Созданный союз — это принципиально новая ступень евразийской интеграции, обеспечивающая на своем пространстве свободу движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы, а также проведение скоординированной, согласованной или единой политики в отраслях экономики» [1].

Система разрешения споров в ЕАЭС, как и любая другая система разрешения споров не является идеальной и имеет свои определенные проблемы. Кроме того, нельзя забывать о том, что это вновь созданная организация. Явные проблемы Суда ЕАЭС, на сегодняшний день, не обрели яркие черты ввиду низкой активности деятельности, как хозяйствующих субъектов, так и государства членов.

[3]

Компетенция суда Евразийского Экономического союза определена главой IV Статута Суда ЕАЭС (приложение № 2 к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014 года, далее — Договор).

«Суд Союза рассматривает споры, возникающие по вопросам реализации Договора, международных договоров в рамках Союза и(или) решений органов Союза:

1) по заявлению государства-члена:

 о соответствии международного договора в рамках Союза или его отдельных положений Договору;

 о соблюдении другим государством-членом (другими государствами-членами) Договора, международных договоров в рамках Союза и (или) решений органов Союза, а также отдельных положений указанных международных договоров и (или) решений;

 о соответствии решения Комиссии или его отдельных положений Договору, международным договорам в рамках Союза и (или) решениям органов Союза;

 об оспаривании действия (бездействия) Комиссии;

2) по заявлению хозяйствующего субъекта:

 о соответствии решения Комиссии или его отдельных положений, непосредственно затрагивающих права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, Договору и (или) международным договорам в рамках Союза, если такое решение или его отдельные положения повлекли нарушение предоставленных Договором и (или) международными договорами в рамках Союза прав и законных интересов хозяйствующего субъекта;

 об оспаривании действия (бездействия) Комиссии, непосредственно затрагивающего права и законные интересы хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, если такое действие (бездействие) повлекло нарушение предоставленных Договором и (или) международными договорами в рамках Союза прав и законных интересов хозяйствующего субъекта.

Для целей настоящего Статута под хозяйствующим субъектом понимается юридическое лицо, зарегистрированное в соответствии с законодательством государства-члена или третьего государства, либо физическое лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя в соответствии с законодательством государства-члена или третьего государства» [2].

Читайте так же:  Что такое наследование по праву представления

Кроме того, государства-члены ЕАЭС могут отнести к компетенции суда Союза иные споры, разрешение которых Судом Союза прямо предусмотрено Договором, а также международными договорами в рамках Союза, международными договорами Союза с третьей стороной или иными международными договорами между государствами-членами.

Вопрос о наличии компетенции Суда Союза по разрешению спора разрешается самим Судом Союза. Суд, при определении того, обладает ли он компетенцией рассматривать спор, руководствуется Договором, международными договорами в рамках Союза и международными договорами Союза с третьей стороной.

Суд по заявлению государства-члена или органа Союза осуществляет разъяснение положений Договора, международных договоров в рамках Союза и решений органов Союза, а также по заявлению сотрудников и должностных лиц органов Союза и Суда положений Договора, международных договоров в рамках Союза и решений органов Союза, связанных с трудовыми правоотношениями.

Суд осуществляет разъяснение положений международного договора Союза с третьей стороной, если это предусмотрено таким международным договором.

Третья проблема, на сегодняшний день, это недоверие к Суду союза со стороны государств-членов или нежелание делегировать ему больше полномочий в силу ненавреждения Союзу. Решения Суда ЕАЭС обязательны для исполнения Комиссией ЕАЭС. Другими словами, исполнение решений Суда Союза возлагается на Комиссию. При этом, возникает не мало вопросов по поводу компетенции Комиссии в данном вопросе и почему государства-члены ЕАЭС не возложили данную функцию на Суд Союза. Логически можно заключить, что Комиссия должна заниматься другими направлениями, к примеру:

1) таможенно-тарифное и нетарифное регулирование;

2) таможенное регулирование;

3) техническое регулирование;

4) санитарные, ветеринарно-санитарные и карантинные фитосанитарные меры;

5) зачисление и распределение ввозных таможенных пошлин;

6) установление торговых режимов в отношении третьих сторон;

7) статистика внешней и взаимной торговли;

8) макроэкономическая политика;

9) конкурентная политика;

10) промышленные и сельскохозяйственные субсидии;

11) энергетическая политика;

12) естественные монополии;

13) государственные и (или) муниципальные закупки;

14) взаимная торговля услугами и инвестиции;

15) транспорт и перевозки;

16) валютная политика;

17) интеллектуальная собственность;

18) трудовая миграция;

19) финансовые рынки (банковская сфера, сфера страхования, валютный рынок, рынок ценных бумаг);

20) иные сферы, определенные Договором и международными договорами в рамках Союза.

К тому же, основными задачами Комиссии является обеспечение условий функционирования и развития Союза, а также выработка предложений в сфере экономической интеграции в рамках Союза.

«Комиссия обязана в разумный срок, по не превышающий 60 календарных дней с даты вступления в силу решения Суда, если иной срок не установлен в решении Суда, исполнить вступившее в силу решение Суда, в котором Суд установил, что оспариваемое действие (бездействие) Комиссии не соответствует договору и (или) международным Договорам в рамках Союза и что таким действием (бездействием) Комиссии нарушены права и законные интересы хозяйствующих субъектов, предусмотренные Договором и (или) международными договорами в рамках Союза.

Видео (кликните для воспроизведения).

В случае неисполнения решения Суда государство-член вправе обратиться в Высший Евразийский экономический совет с целью принятия необходимых мер, связанных с его исполнением.

В случае неисполнения Комиссией решения Суда хозяйствующий субъект вправе обратиться в Суд с ходатайством о принятии мер по его исполнению.

Суд по ходатайству хозяйствующего субъекта в течении 15 календарных дней с даты его поступления обращается в Высший Евразийский экономический совет для принятия им решения по данному вопросу» [2].

На мой взгляд, полное отсутствие рычагов исполнения решения у суда довольно интересный шаг, к тому же это лишь затягивает исполнение. Обращаясь то в Комиссию, то к Высшему совету за исполнением решения Суд, как и стороны, теряют достаточное количество времени, а время, как известно, для хозяйствующих субъектов может дорого стоить.

Возможно, это обусловлено тем, что ожидалась большая загруженность Суда ЕАЭС, но основываясь на практике Суда ЕврАзЭС можно заключить, что как таковой загруженности не было и вряд ли появится.

И последнее, это проблема исполнения решения третьей стороной, другими словами насколько полномочия Комиссии ЕАЭС позволяют принуждать третью сторону, то есть государство, либо международную организацию, не входящую в ЕАЭС, к обязательному исполнению решения Суда союза.

За недолгий срок существования ЕАЭС, в суд уже поступило несколько исковых заявлений. В основном, как отмечалось ранее, все заявления, поступившие в Суд ЕАЭС, содержат обращения юридических лиц с признанием бездействия Евразийской экономической комиссии, которое повлекло нарушение предоставленных Договором и (или) международными договорами в рамках Союза прав и законных интересов хозяйствующего субъекта.

С целью решения обозначенных проблем, на мой взгляд, следует, во-первых, изменить процедуру исполнения решения Суда, а именно исполнять решения необходимо самим Судом, точнее исполнение напрямую возлагать на стороны разбирательства, а не обращаться для этого в Комиссию.

Во-вторых, касательно правовой неграмотности обращения в Суд, необходимо повышать квалификацию отечественным юристам-международникам с учетом региональных реалий, а именно создание ЕАЭС. Учитывая направленность организации, следует сделать вывод о том, что в скором будущем возникнет немало международных споров в рамках ЕАЭС. На сегодняшний день, существует немало способов обучения, как в очном порядке, так и в заочном, к примеру: проведение семинаров, вебинаров и т. д.

Подводя итог, не стоит забывать, что ЕАЭС молодая организация, которой исполнилось только год, однако успевшая зарекомендовать себя как стратегически выгодный партнер. Расширение круга деятельности, сотрудничество с другими странами и международными организациями таит в себе скрытую угрозу в плане разрешения споров в рамках организации. Необходимо пересматривать положения, касающиеся Суда союза с учетом масштаба развития Евразийского экономического союза.

  1. Мансуров Т. А. — ЕВРАЗЭС: от экономического сотрудничества к Евразийскому экономическому союзу — Деловая слава России. 2015. № 5–1 (48). С. 5–9.
  2. Договор о Евразийском Экономическом союзе от 25 мая 2014 года.
  3. Решение Суда Союза по делу ИП Тарасик К. П. против Комиссии Союза от 28 декабря 2015 г.;

Похожие статьи

Эффективность применения решений Экономического суда СНГ.

рамка Союза, договор, хозяйствующий субъект, Суд Союза, решение органов Союза, Евразийский экономический союз, Суд, международный договор Союза, Комиссия, решение Суда.

Системы разрешения международных споров в рамках ВТО.

«Евразийский экономический союз (ЕАЭС) — экономический союз, созданный 1 января 2015 года.

Основные термины (генерируются автоматически): разрешение споров, Казахстан, суд Союза, Апелляционный орган, Евразийский экономический союз, рамка Союза, орган, мой.

Составы суда ЕАЭС | Статья в журнале «Молодой ученый»

В статье рассматривается структура Суда Евразийского экономического союза в качестве одного из наиболее авторитетных и эффективных органов правосудия в системе наднационального права стран СНГ.

Статута Суда Евразийского экономического союза.

Компетенция суда Евразийского Экономического союза определена главой IV Статута Суда ЕАЭС (приложение № 2 к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014 года, далее — Договор).

Правовой статус суда Евразийского экономического союза

Суд Евразийского экономического союза — это международный орган правосудия, действующий на постсоветском пространстве в качестве одного из институтов Евразийского экономического союза.

Читайте так же:  Где подавать на развод если есть ребенок

Досудебное урегулирование споров в суде Евразийского.

В статье исследуются вопросы досудебного урегулирования споров в Суде Евразийского экономического союза. Особое внимание уделяется особенностям досудебного урегулирования споров, а также проблемам.

Вступление в Евразийский экономический союз: влияет ли это.

В общем смысле любой экономический союз подразумевает под собой один из видов экономической интеграции государств, имеющий определенные признаки: отмена таможенных пошлин в торговле между странами союза.

К вопросу о сближении законодательства в сфере защиты прав.

Одной из задач, обозначенных в Договоре «О Евразийском Экономическом Союзе» от 29 мая 2014 г., является гармонизация правового регулирования в данной сфере, т. е. сближение законодательства стран-участниц ЕАЭС.

Некоторые проблемы и перспективы Евразийского.

Материал статьи посвящен актуальной научно-практической задаче — анализу некоторых проблем интеграции Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и их решению. Статья вводит в научный обиход новые термины: пакетное решение ЕАЭС.

Решение Суда ЕАЭС по спору Российская Федерация против Республики Беларусь: правосудие посреди политического конфликта

Суд ЕАЭС пережил, по моему мнению, самое серьезное для него испытание. Большая Коллегия Суда (а это все 10 судей) вынесла 21 февраля 2017 г. решение по первому в истории евразийской интеграции межгосударственному спору. Речь идет о споре между Российской Федерацией и Республикой Беларусь, инициированном Россией в сентябре 2016 г. В своем заявлении в Суд Россия утверждала, что Белоруссия не выполняет свои обязательства, вытекающие из Договора о создании ЕАЭС.

Испытание для Суда состояло не только в том, чтобы понять, почему Россия, одна из стран-основателей ЕАЭС, вместо традиционных политических способов решения спорных ситуаций прибегла к судебным механизмам, но и адекватно на это отреагировать. Ведь не секрет, что евразийская интеграция находится на самом раннем этапе развития и функционирует фактически в режиме ручного управления со стороны первых лиц стран-членов Союза. Институциональные механизмы сдержек и противовесов Евразийского Союза пребывают еще в зачаточном состоянии, и в этой ситуации обращение России в Суд (как мы потом увидим, не с самым принципиальным вопросом) выглядит как желание задействовать именно институты Союза, а не решать вопросы в привычном режиме двустороннего политического торга. Кроме этого, Россия, судя по всему, рассчитывала, что относительная малозначительность предмета спора увеличит шансы на исполнение судебного решения, если оно будет вынесено в ее пользу.

Итоговое решение было вынесено Судом в пользу истца, то есть России, и весьма примечательно несколькими моментами.

Во-вторых, Суд взял на себя смелость все же прояснить некоторые моменты права ЕАЭС, которые и легли в основу спора.

Так, Суд фактически поддержал позицию России, заявив, что «решения таможенных органов взаимно признаются в случаях, определенных таможенным законодательством таможенного союза по умолчанию, без оговорок и условий. Такие решения таможенных органов имеют презумпцию их полного соответствия предъявляемым требованиям, а значит соответствия таможенному законодательству Таможенного союза, пока не доказано обратное». То есть презюмируется достоверность всех существенных сведений и обстоятельств, содержащихся в таможенных декларациях с разрешительными отметками таможенных органов (презумпция достоверности официального документа, выражающаяся в его взаимном признании и равной юридической силе на всей таможенной территории Таможенного союза).

В отношении товаров, следующих в режиме транзита из Калининградской области на остальную территорию России, Суд заявил, что в этом случае таможенным органам «целесообразно воздерживаться от одностороннего порядка решения вопроса о достоверности, допустимости, достаточности документов, выданных компетентными органами государства отправления». Тем самым Суд устранил существовавшую, по его мнению, правовую неопределенность в отношении транзита из Калининградской области. Сделал он это, ссылаясь на положения Договора о присоединении Армении к ЕАЭС, которую также можно рассматривать как анклав, находящийся отдельно от остальной территории Таможенного союза. Этот Договор прямо говорит, что товары Союза при перемещении с таможенной территории Союза на таможенную территорию Союза через территории иностранных государств в соответствии с процедурой транзита сохраняют статус товаров Союза. Кроме того, Суд в своем толковании сослался на положения еще не принятого Таможенного Кодекса ЕАЭС, где этот вопрос урегулирован гораздо четче, чем сейчас.

В этом отношении примечательно особое мнение судьи от России К. Чайки, который пошел еще дальше, заявив, что государства-члены ЕАЭС, заключив Договор о ЕАЭС, тем самым создали «автономную совокупность правовых норм, являющихся обязательными для всех государств-членов». Проводя аналогию с рассуждениями Суда ЕС в решениях по делам Costa/Enel и Simmenthal II, судья К. Чайка настаивает на абсолютном приоритете правопорядка ЕАЭС над любыми национальными нормами, независимо от того, приняты они до создания Союза или позже, не уточняя, правда, идет ли речь лишь о законах и подзаконных актах, или также о конституциях стран-членов Союза. В любом случае эти слова, столь ожидаемые многими, все же прозвучали, пусть пока и не в решении Суда, а в особом мнении. Однако нужно отметить, что в случае с Судом ЕС такая концепция абсолютного приоритета натолкнулась на возражения конституционных судов стран-членов ЕС, которые в ответ сформулировали доктрину относительного и условного приоритета права ЕС над законами стран-членов, но не над национальными Конституциями (см. мой пост). Да и у Конституционного Суда РФ уже есть свое понимание приоритетности Конституции и правопорядка ЕАЭС (см. мой пост ).

В-третьих, Суд принципиально не стал вдаваться в дискуссию о соблюдении истцом досудебного порядка рассмотрения споров. По мнению ответчика (поддержанному в особых мнениях судьями Д. Колосом и А. Федорцовым), Россия не выполнила это условие, уже после принятия иска к производству выдвинув новые требования, которые не были предметом межгосударственных консультаций до подачи иска, поэтому Суд должен был отказать России в рассмотрении ее заявления. Судя по тому, что в решении Суда эта дискуссия просто опущена, большинство судей суда вполне сознательно решило просто обойти этот вопрос молчанием, и не указывать никому из сторон спора, что они не так постучались в дверь Суда.

Решение далось Суду ЕАЭС крайне нелегко: пять судей из 10 выразили свое несогласие в особых мнениях (и это при том, что согласно Регламенту Суда, решения Большой Коллегии принимаются большинством голосов, то есть строго говоря за решение должно проголосовать как минимум 6 судей). Это рекорд за всю историю суда. Однако если выбирать между таким решением и вариантом, когда Суд оказывается не в состоянии вообще принять какое-либо решение, то надо поддержать мудрость и смелость пятерки судей, вынесших итоговое решение. Иной расклад мог нанести репутации Суда очень тяжелый удар, надолго отвратив членов Союза от идеи всячески поддерживать и укреплять Суд. Итоговое решение Суда показывает, что судьи большинства (назовем это так) отдавали себе отчет в том, что на кону вполне могла оказаться дальнейшая судьба самого Суда.

Читайте так же:  Как взыскать долг по алиментам после 18 лет

Особые мнения написали оба судьи от Белоруссии, которые настаивали на том, что Суд не имел юрисдикции по этому спору, и поэтому итоговое решение Суда является решением ultra vires, то есть принятым с превышением полномочий. Удивительно другое – особые мнения написали и оба судьи от России, несмотря на то, что объективно Суд поддержал позицию России. В особых мнениях судьи настаивали на более жестких формулировках ответственности Белоруссии за допущенные нарушения, показывая, что мягкий подход большинства их не устраивает.

Не вдаваясь в суть аргументации особых мнений, хотелось бы еще раз сказать о своем отношении к этому институту международного правосудия. В нашей и зарубежной литературе принято этот институт хвалить. За его демократичность, возможность для меньшинства донести свое мнение, необходимость для большинства в этом случае тщательнее отрабатывать свои аргументы и выводы и т.д. В пример приводятся Международный Суд ООН и ЕСПЧ, где ни одно важное решение не обходится без особых мнений, некоторые из них до сих пор цитируются в научной литературе. Я же отношусь к особым мнениям скептически. В Суде ЕС с самого начала особые мнения были запрещены, и по единодушному признанию исследователей, это также сыграло свою роль в укреплении авторитета и легитимности Суда ЕС и в признании его решений и доктрин. Наличие же значительного числа особых мнений самым радикальным образом ослабляет восприятие решения всеми заинтересованными сторонами, ставит под сомнение его убедительность и даже легитимность. Вот и в нашем случае сразу 5 особых мнений будут еще долго восприниматься как некий порок, родимое пятно на в целом очень достойном решении. Все будут помнить эту цифру 5.

И напоследок хочу сказать о возможной реакции адресатов этого решения, а это Россия и Беларусь. Искренне надеюсь, что реакция будет сдержанно позитивной, по крайней мере Суд сделал все для этого, предложив свое видение спора, а также свое вполне убедительное толкование целого ярда положений права ЕАЭС. Также надеюсь, что здравый смысл возобладает над желанием видеть в Суде послушный инструмент, который выдает исполнительные листы по первому требованию. Международное правосудие — это не продолжение правосудия национального, а вещь совершенно особая, сложный механизм, который требует тонкой настройки и диалога, а не принуждения. Загубить международный суд легко, гораздо сложнее выстроить эффективный и авторитетный суд, пользующийся поддержкой государств, которые не боятся делегировать ему все больше и больше полномочий.

Судебная система ЕАЭС: её ограничения и перспективы развития — Лекция в НИУ ВШЭ

28 ноября 2017 года в Высшей Школе Экономики состоялась лекция на тему «Судебная система ЕАЭС: её ограничения и перспективы развития». Лекцию прочел Карлюк Максим Владимирович, научный сотрудник Института права и развития ВШЭ – Сколково.

Прочитанная им лекция стала шестой в рамках открытого образовательного спецкурса по евразийской экономической интеграции, который проводится в рамках официального сотрудничества ЕЭК и НИУ ВШЭ. Со-организаторами спецкурса являются Евразийский сектор ЦКЕМИ НИУ ВШЭ совместно с Евразийской экономической комиссией. Официальным информационным партнером спецкурса выступает Евразийский коммуникационный центр МИА «Россия Сегодня».

Лекцию прослушали более 30 человек, в основном студенты международного права из московских вузов.

Максим Владимирович начал лекцию с краткого экскурса в историю создания Суда Евразийского экономического союза (ЕАЭС). На настоящий момент Суд ЕАЭС – один из четырех органов Евразийского экономического союза, наряду с Высшим Евразийским экономическим советом, Межправительственным советом и Евразийской экономической комиссией. Он призван обеспечивать единообразное и правильное применение странами ЕАЭС решений ЕЭК и международных соглашений в рамках ЕАЭС.

Суду ЕАЭС надлежит разрешать споры по обращениям субъектов хозяйствования стран ЕАЭС, а также по вопросам применения Договора о ЕАЭС, возникающих у государств-членов ЕАЭС.

Лектор более подробно разъяснил виды споров, которые может рассматривать Суд ЕАЭС:

  • Нарушение права Союза (государств-членов Союза)
  • Оспаривание решений ЕЭК
  • Оспаривание действий/бездействий ЕЭК
  • Оспаривание международных договоров
  • Консультативное заключение

Максим Владимирович также отметил, что Суд ЕАЭС имеет меньше полномочий по сравнению с его предшественником – Судом ЕврАзЭс. В частности, отсутствуют две процедуры: обращение ЕЭК в Суд для определения исполнения государствами-членами права организации и преюдициальный запрос.

После лекции эксперт дал развернутые ответы на вопросы слушателей о функционировании Суда ЕАЭС и будущих перспективах его развития.

Суд ЕАЭС — судебный орган Союза, который рассматривает споры по вопросам реализации международных договоров в рамках ЕАЭС и решений органов Союза. Создан для обеспечения единообразного применения права ЕАЭС государствами — членами Союза и его органами.Суд ЕАЭС действует на основании Договора о ЕАЭС, Статута Суда ЕАЭС (приложение № 2 к Договору о ЕАЭС) и Регламента Суда Союза. Является процессуальным правопреемником Суда Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС).

Нормативная база Суда ЕврАзЭС/EAЭС

Статут Суда ЕврАзЭС — то есть акт, учреждающий суд,— был принят Решением Межгосударственного совета ЕврАзЭС от 27 апреля 2003 года № 122. Новая редакция Статута Суда ЕврАзЭС, предусматривающая компетенцию по рассмотрению дел в связи с формированием Таможенного союза Беларуси, Казахстана и России, была принята в 2010 году.

Фактически Суд был создан к 1 января 2012 года. До этого времени присутствие его в правовом поле ЕврАзЭС обеспечивалось Решением Совета глав государств СНГ о возложении на Экономический суд СНГ функций Суда ЕврАзЭС от 19 сентября 2003 года и Соглашением между СНГ и ЕврАзЭС о выполнении Экономическим судом СНГ функций Суда ЕврАзЭС (подписано 3 марта 2004 года, утратило силу с 1 января 2012 года в связи с началом самостоятельного функционирования Суда ЕврАзЭС). 19 декабря 2011 года Межгосударственным советом ЕврАзЭС принято Решение № 583 «О формировании и организации деятельности Суда ЕврАзЭС». С 1 января 2012 года Суд ЕврАзЭС начал вести самостоятельную деятельность, к этому времени был определен его состав. Деятельность Суда ЕврАзЭС прекращена с 1 января 2015 года на основании Договора о прекращении деятельности Евразийского экономического сообщества и Решения Межгосударственного совета ЕврАзЭС № 652 о прекращении деятельности Евразийского экономического сообщества (оба документа от 10 октября 2014 года).

Решения Суда ЕврАзЭС продолжают действовать в прежнем статусе в соответствии со статьей 3 Договора о прекращении деятельности Евразийского экономического сообщества.

За 2012–2014 годы Суд ЕврАзЭС рассмотрел пять дел, посвященных вопросам единого таможенно-тарифного регулирования в рамках ТС, классификации товаров в соответствии с ТН ВЭД, иным проблемным вопросам, связанным с функционированием единой таможенной территории ТС, а также оспариванию действий (бездействия) ЕЭК. В списке судебных актов Суда ЕврАзЭС значатся также еще порядка 10 дел, связанных с различными вопросами, в том числе с претензиями компаний из третьих стран (Индии, Китая, Германии) к решениям Коллегии ЕЭК о применении антидемпинговых мер в отношении их товаров.

Читайте так же:  Неправильно оформлен больничный лист что делать

В числе наиболее заметных — дело № 1–7/1–2013, по результатам рассмотрения которого Суд ЕврАзЭС обязал ЕЭК исполнить его решение. Заявитель в лице ОАО «Угольная компания «Южный Кузбасс» успешно оспорил пункт 1 Решения Комиссии Таможенного союза от 17 августа 2010 года № 335 («О проблемных вопросах, связанных с функционированием единой таможенной территории, и практике реализации механизмов Таможенного союза»). Указанный пункт, касавшийся таможенного декларирования и контроля на внутренних границах ТС, был признан Судом не соответствующим международным договорам, заключенным в рамках ТС, и подлежал отмене.

Также заслуживает внимания дело № 1–7/2–2013 по заявлению ПАО «Новокраматорский машиностроительный завод» (Украина) об оспаривании Решения Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 года № 904 «О мерах по защите экономических интересов производителей стальных кованых валков для прокатных станов в Таможенном союзе». В частности, решение Суда ЕврАзЭС по данному делу привело к выработке правила, согласно которому в случае выявления Судом ЕАЭС несоответствия права ЕАЭС праву ВТО применению подлежит право ВТО29. Таким образом, Суд ЕврАзЭС сыграл значимую роль в формировании современного права ЕАЭС, в том числе заложил основы работы Суда ЕАЭС.

В отличие от Комиссии, находящейся в Москве, местом пребывания Суда Союза определен Минск. По двое судей от каждого государства-члена обеспечивают равное представительство в Суде ЕАЭС. Судьи назначаются на должности и освобождаются от них Высшим советом. В соответствии с Регламентом Суда ЕАЭС двое судей из двух разных государств-членов избираются на должности Председателя, осуществляющего руководство деятельностью Суда, и его заместителя сроком на три года. Суд рассматривает дела в составе Большой коллегии Суда (все судьи), Коллегии Суда (по одному судье от государства-члена) и Апелляционной палаты Суда (занимается заявлениями об обжаловании решений Коллегии Суда по делу и представлена судьями, не принимавшими участие в рассмотрении данного дела).

Согласно пункту 49 главы IV Статута, Суд работает со спорами, возникающими по вопросам реализации права Союза, как по заявлению государств-членов, так и по заявлению хозяйствующих субъектов.

Споры, рассматриваемые Судом Союза по заявлению государства-члена:

— о соответствии международного договора в рамках Союза или его отдельных положений Договору о ЕАЭС;

[2]

— о соблюдении другим государством-членом (другими государствами-членами) Договора о ЕАЭС, международных договоров в рамках Союза и (или) решений органов Союза;

— о соответствии решения ЕЭК или его отдельных положений Договору о ЕАЭС, международным договорам в рамках ЕАЭС и (или) решениям органов Союза;

— об оспаривании действия (бездействия) ЕЭК.

Споры, рассматриваемые Судом Союза по заявлению хозяйствующего субъекта, ограничены исключительно возможными нарушениями прав и законных интересов такого субъекта со стороны ЕЭК. Следует понимать, что под хозяйствующим субъектом подразумевается как юридическое лицо, так и физическое лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя.

В Статуте Суда ЕАЭС прямо не указано, что Суд компетентен рассматривать дела, связанные с реализацией международных договоров Союза с третьей стороной. Из этого следует, что государства-члены и хозяйствующие субъекты не могут рассчитывать на поддержку Суда ЕАЭС в случае выявления правонарушений в рамках таких договоров. Вместе с тем в Статуте Суда закреплено, что государства-члены «могут отнести к компетенции Суда иные споры, разрешение которых Судом прямо предусмотрено Договором, международными договорами в рамках Союза, международными договорами Союза с третьей стороной или иными международными договорами между государствами-членами» (пункт 40 главы IV приложения № 2 к Договору о ЕАЭС). Например, Соглашение о свободной торговле между ЕАЭС и Вьетнамом не содержит ни одного упоминания о Суде ЕАЭС. Как правило, споры в рамках таких соглашений подлежат урегулированию специально учреждаемой арбитражной (третейской) группой в соответствии с нормами ВТО.

Одна из проблем, с которыми сталкивается Суд ЕАЭС, — приоритет национального права над правом Союза в случае конфликта между ними30. Например, на данный момент приоритет нормы права ЕАЭС поставлен в зависимость от условий, установленных Конституцией России и Конституцией Казахстана, а потому не является абсолютным на всей территории ЕАЭС. (В Конституции РФ закреплено применение положений Конституции в случае, если она предоставляет более высокий уровень защиты прав и свобод гражданина, чем нормы международного права или международного договора.)

Похожая ситуация была и в практике Европейского союза, где конституционные суды Германии и Италии около двадцати лет отдавали приоритет национальному праву, а не актам Европейских сообществ. Так, Германия не признавала верховенства европейских норм до тех пор, пока Суд ЕС не расширил права человека в рамках всего интеграционного объединения до уровня, сопоставимого с гарантируемым Конституцией Германии31. Это примеры случаев, когда национальное законодательство может повлиять — и влияет! — на совершенствование норм наднационального регулирования.

Вместе с тем двойственность правового регулирования в ЕАЭС может вести к дополнительным трудностям. Например, хозяйствующим субъектам, ведущим деятельность в одной и той же сфере, в разных государствах-членах может предоставляться разный объем и уровень льгот и преференций, либо требования, применяемые по отношению к физическим и юридическим лицам в каком-либо государстве-члене, могут быть более жесткими, чем установлено Договором о ЕАЭС.

Вместе с тем в случаях правовой неопределенности или проявления дуализма правового регулирования Суд ЕАЭС и высшие судебные инстанции государств-членов могут дополнять друг друга, действуя комплементарно и совершенствуя таким образом правовое поле Союза.

Видео (кликните для воспроизведения).

Следует также упомянуть о консультативной функции Суда ЕАЭС, востребованность которой будет только расти. Согласно Статуту, Суд Союза разъясняет нормы и положения права ЕАЭС, а также положения международных договоров Союза с третьей стороной, если это предусмотрено такими договорами, и выдает консультативное заключение. Пока заявления на получение консультативного заключения могут подавать либо государства — члены Союза (по вопросам, связанным с правом Союза), либо сотрудники и должностные лица органов Союза (по вопросам трудовых правоотношений).

Источники


  1. Гамзатов, М.Г. Английские юридические пословицы, поговорки, фразеологизмы и их русские соответствия; СПб: Филологический факультет СПбГУ, 2011. — 142 c.

  2. Скрынник, А. М. Правоведение / А.М. Скрынник. — М.: Мини Тайп, 2013. — 352 c.

  3. Введение в специальность «Юриспруденция». — М.: Юнити-Дана, 2013. — 264 c.
  4. Карсетская, Е. В. Проверка трудовой инспекции. Практические рекомендации для работадателя / Е.В. Карсетская. — М.: АйСи Групп, 2016. — 168 c.
  5. Арсеньев, К. К. Заметки о русской адвокатуре / К.К. Арсеньев. — М.: Автограф, 2015. — 560 c.
Судопроизводство в суде евразийского экономического союза
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here